Испания,  Истории,  Мадрид

Соблазнить любого

Лилия выглянула из окна тесной комнаты в центре Мадрида. Сочно-лимонное солнце уже оторвалось от здания на горизонте и не спеша поплыло вверх.

-Александра, одевайся скорее! , — крикнула Лилия пятилетней дочери.

— Мы пойдем есть чурос?

— Да, мы пойдем есть чурос и пить кофе.

— Класс!

Девушки вышли из дома и пошли по светло-серой брусчатке в сторону Плаза дель Соль.

Дойдя до площади, сели на белый пластиковый стул в кофейне под окнами, расписанными фресками. Со фресок на них хитро сверху вниз смотрели полуобнаженные красотки.

За соседним столиком громко смеялись пожилые дамы. Они изящно и со вкусом вошли в возраст Геккаты. Испанские женщины в возрасте часто не закрашивают седину и умеют носить свои года так, что очаровывают плотнее юных барышень. Они делятся с прохожими ароматами «шанель» через надежного посредника – испанский ветер. Идеально накрашенный красной помадой рот, нитка жемчуга и глубокий взгляд, полный мудрости и понимания, при этом и страсти, умением наслаждаться жизнью и собой.

Они пьют сангрию прямо с утра и весело разговаривают на испанском.

Лилия посмотрела на дочь. Александра с удовольствием облизывала палочку чурос, размякшую от горячего шоколада.

В Москве она никогда бы не подумала, что позволит ребенку есть шоколад. В Мадриде все иначе. Лилия посчитала, что пока они живут в Мадриде, можно. Можно есть шоколад. Можно нарушать маленькие правила, иногда не чистить зубы на ночь, иногда ложиться спать с косметикой, иногда не краситься вовсе и проходить до вечера в рубашке мужа на голое тело и нечищеными зубами.

 

Можно не мучить себя живописью каждый день, отсчитывая дни до следующей выставки, не обижаться на музу. Можно поставить все на паузу, валяться в парке на траве, наблюдать за влюбленными парами всех возрастов и просто жить каждый день, пока за окнами – Мадрид.

Воздух пахнет страстью, на улице что ни пара, то объятья и поцелуи. Целуются все – 15-летние подростки и 70-летние зрелые люди. Город любви не Париж, город любви — Мадрид.

 

Недалеко от столиков кафе начинают шуметь подростки. Подростки в Мадриде – понятие относительное, у испанцев сиеста в крови, как и привычка жить расслабленно и валять дурака. Подростком можно быть всю жизнь. Этим лет по 18-20 на вид. Они кидают скейты на брусчатку и громко стукая колесами катаются туда-сюда.

 

Среди подростков юноша с темными вьющимися волосами. Он привлек внимание Лилии и Лилия поняла, что привлекла его.

У нее всегда так, когда она чувствует энергетический заряд, обращенный к мужчине, стоит ей посмотреть на него на пять секунд больше, чем обычно, невольно посылая этот заряд, мужчина ответит.

У Лилии был талант любви. В нее неизбежно влюблялись те, кем увлекалась она. И избегали те, кто был ей неприятен. Знакомые говорили, что это все глаза. В больших шоколадно оливковых глазах легко считывалась и страсть, и ненависть.

Лилия посмотрела на юношу немного больше и он почувствовал заряд. Следующие полчаса были давно забытой игрой двоих в пощипывающие ощущения, как будто по всему телу миллион бомбочек взорвались фейерверком разом.

«Electric shiver cross my skin»

Лилия разглядывала крепкие ноги юноши, вьющиеся темные волосы, упругие мышцы и красивый торс. Юноша поглядывал сначала с осторожностью, потом все чаще и бесстыднее, пока не улыбнулся ей и не схватив скейт легким движением руки не направился к ней.

В тот момент Лилия на мгновение прикинула, что старше его лет на 15 не меньше.

Перед глазами пронеслась сцена знакомства с ее мужем, когда то он был таким же высоким темноволосым испанцем с огненным взглядом. Он так же уверенно шел к ней, молодой художнице, робко стискивающий ножку бокала шампанского на своей первой выставке в Мадриде.

 

Мадрид – город любви и роман завернулся водоворотом. Из него было не выбраться прежними. Поцелуи, поцелуи, поцелуи. Поцелуи со вкусом корицы, чурос, шоколада, йогуртового мороженого, вина, пива, хамона, соленой воды. Он был порывистый, плевал на правила, купался ночью в море, валялся в мокрых джинсовых шортах на песке. Они объехали всю Европу, ночуя где придется. Не имело значение ничего, кроме остроты новых приключений и тягучей терпкости их чувств.

 

Они поженились, стали жить на два города, в Москве он, как арт-продюсер получил больше признания, чем в родном Мадриде. Проект за проектом, они все больше заворачивались в лоск, покупали все больше квартиру, статуснее машину. Их каникулы переоделись в бизнес-класс и пятизвездочные отели. Родилась Александра. Исчезло вино, шоколад и привычка курить одну на двоих перед сном. Теперь нужно было подавать пример. Уже нельзя было сорвать черные кружевные трусы и слиться где угодно – на вечеринке, сбежав в туалет, в подъезде, прячась за крупным толстым стволом дуба в парке.

«Стащить трусы и воскликнуть ура…».

Их вишневые шелковые простыни все реже слышали стоны. Правила и обязанности нарастали на них, как грибы на пеньках, активно развивающие свои колонии.

Лилия не успела осознать, когда они стали заниматься любовью быстро, одинаково и мало.

Вечера лениво сползли в один привычный сценарий – ужин, душ, сказка Александре и каждый в своей смартфоне, периодически прерываясь на обсуждение художников, выставок и рекомендаций от мужа к работам Лилии.

Иногда Лилия старалась что-то изменить. Надевала красивое новое белье, туфли, включала музыку, зажигала свечи.

 

-Я так устал, дорогая, — шептал любимый и целуя руки и лоб, в ответ на ее поцелуи в губы и шею, возвращался к смартфону.

 

Лилия поджимала губы, переодевалась в рубашку с запахом мужа и шла спать.

Она не заметила, как привыкла и уже ей не хотелось лишних движений ни перед сном, ни с утра.

И вот юноша с костром в глазах идет прямо к ней. На коже маленькие фейерверки затрещали как бингальские огни.

Она распрямила плечи, втянула живот, придала лицу беззаботное веселое выражение.

Юноша посмотрел прямо на нее и, возможно, взглядом расстегнул блузку. По крайней мере, ей так показалось.  Он подмигнул ей и прошел мимо за соседний столик.

 

— Ernesto, Hola! — ему на испанском кричали друзья с кружками пива.

 

Лилия смутилась своим фантазиям, но все еще держала осанку, она обернулась и весело посмотрела на него снова, а парни радостно замахали ей – «Hola, Belle!».

 

-Мама, ты их знаешь, — строго спросила вымазанная шоколадом Александра и вернула Лилию в реальность. В реальность, в которой она уже не свободная, как ветер belle.

-Нет, малышка, они просто приветливые.

 

Через пару минут официант принес пару вазочек мороженого, для нее и дочки, указав на тех парней. Лилия снова повернулась к ним и с улыбкой кивнула.

Она еще покупалась немного в своих в фейерверках на коже, потом, взяв за руку дочь, кивнула темноволосому юноше на прощание и ушла в сторону фонтанов.

Она все еще держала осанку и расслабленно-игривое выражение лица. Эрнесте подарил ей особое настроение, которое она надела как платье и не планировала снимать до вечера.

-Привет! – написала смс мужу. – Сейчас мне больше всего хочется сангрии и тебя. Через час у наших фонтанов. Для Александры у меня есть волшебные мультики.

Сейчас она чувствовала, что способна соблазнить любого.

 

 

 

Настасья Мокич - журналист, писатель